Арт-директор Varekai Майкл Смит: "В "Цирке дю Солей" не импровизируют на сцене - это слишком опасно"

С 25 по 29 мая 2016 года в тольяттинской "Лада-Арене" пройдут гастроли знаменитого канадского Cirque du Soleil. Артистический директор шоу Varekai Майкл Смит рассказал в интервью Волга Ньюс, как работал в травести-шоу и устроился в "Цирк дю Солей", какая реальная история легла в основу "Варекай", как обезопасить артистов без страховки и многом другом.

Фото:

- В основе каждой постановки "Цирка дю Солей" лежит какая-то идея или история. О чем шоу "Варекай" и надо ли зрителю знать это заранее?

- Каждый вечер мы встречаем в зале несколько тысяч зрителей, и каждый из них видит в шоу что-то свое. Мне кажется, это здорово, когда люди знают, что послужило вдохновением для постановки. Режиссер Varekai Доминик Шампань когда-то работал в Монреале. На одном из представлений он упал с высоты, сломал обе ноги и долго не мог ходить. Отсюда и появился образ Икара. Этот персонаж во многом повторяет реальную историю, которая произошла с режиссером. По сюжету Икар падает в чащу зачарованного леса Varekai на вершине Вулкана. Cirque du Soleil не может иначе - у нас все волшебное, воздушное, трогательное (в жизни Доминика такого, конечно, не было). На своем пути герой встречает разных лесных обитателей. Как и в жизни, многие готовы ему помогать, кто-то не очень. Это история о том, как вернуться к самому себе, когда твоя жизнь так стремительно меняется - как заново научиться ходить, жить. И о любви, конечно: она способна вдохновлять, окрылять. Если человек сможет найти свою любовь, он готов совершать невозможные вещи. Life it nothing without "любовь".

- Что означает название "Варекай"?


- Varekai - цыганское слово, означающее "где бы то ни было". Кстати, одним из возможных вариантов названия во время создания шоу было русское "Давай". Мне вообще кажется, что люди, которые ходят на наши постановки, даже не запоминают их названия - они приходят посмотреть на Cirque du Soleil.

- Шоу создано в 2002 году. Сегодняшняя версия сильно отличается от первоначальной?

- Конечно, со временем шоу эволюционируют, изменяются. Если говорить о Varekai, то оно изменилось гораздо больше других постановок Cirque du Soleil. Во многом мы отошли от румынско-цыганской темы и продолжаем отходить от нее и дальше.

- По какой причине из шоу может исчезнуть какой-нибудь из номеров?

- Например, когда что-то превращается в дежавю. Мы следим за тем, что происходит в других цирковых компаниях. Если у нас что-то начинают активно копировать, значит это пора убирать. С 2009 года, когда Varekai впервые привозили в Россию, в шоу появилось четыре новых номера: "Танец с тростью", "Танцующая трапеция", "Колесо Сира" и "Акробатическая дорожка". Кроме того, совсем другим стал персонаж Икара.

"Акробатическая дорожка". Фото предоставлено Cirque du Soleil



- Есть в "Варекай" артисты, которые работали в других шоу "Цирка Дю Солей", и практикуется ли вообще такое?

- Это довольно сложно, потому что мы часто берем людей, которые в совершенстве владеют чем-то одним. В то же время есть артисты, сотрудничеством с которыми мы дорожим, и они всегда имеют приоритет при заполнении вакансий в других постановках. Например, в Varekai есть несколько людей, которые работали в шоу Michael Jackson, - это исполнитель роли Икара Фернандо Миро, группа японских гимнастов, которые делают "Акробатическую дорожку", и один из грузинских танцоров. Надо при этом понимать, что, несмотря на наше желание поддержать того или иного человека, дать ему работу и прочее - уровень и требования шоу всегда в приоритете.

- Вы сказали, что персонаж Икара стал совсем другим...

- С Фернандо связана отдельная история. Мы работали с ним в другом шоу. У артистов было около двух часов в неделю, когда они могли заниматься собственными проектами, репетировать что-то, не имеющее отношения к нашей постановке. Я обратил внимание, что Фернандо репетировал воздушную дисциплину - что-то среднее между полотнами и ремнями, - и предложил ему помочь сделать готовый номер на случай, если в шоу не будет ремней. Через некоторое время команда кастинга отобрала Фернандо для постановки в Лас-Вегасе, он подписал контракт, после чего я узнал, что они ищут человека в Varekai. Тогда я задействовал немного магии и влияния, контракт аннулировали, и он оказался в главной роли Varekai. Дело в том, что найти танцора для шоу Michael Jackson в Лас-Вегасе легко, а на роль Икара нужен артист, который будет одновременно и танцором, и воздушным акробатом, и актером. Тогда у меня даже и мысли не было, что я вернусь в Varekai, а когда зашла об этом речь, одним из решающих факторов для меня стало то, что в шоу уже работал Фернандо.

Нареченная и Икар (Фернандо Миро). Фото предоставлено Cirque du Soleil



- Есть ли в шоу место импровизации? Сколько свободы у артистов на сцене?

- Ноль! Мы не можем разрешить артистам импровизировать на сцене, потому что это слишком опасно. Даже два мима - Андрей (Астроном) и Борис (Ведущий), - которые могут что-то пробовать, предварительно сообщают мне об этом. Есть очень много возможностей для исследования каких-то новых направлений и элементов, но все они должны быть отработаны на репетициях. Это не диктат, а забота о безопасности и стабильности постановки. Все, что кажется изящно сымпровизированным (а в Varekai много таких моментов), на самом деле тщательно отрепетировано. То, что зритель видит на сцене, - вершина айсберга. Остальное происходит за кулисами. Целая команда специалистов занимается светом, звуком, автоматикой и так далее. Если что-то идет не так, многим людям за кулисами приходится перестраиваться.

- Артисты используют страховку?

- В шоу все номера выполняются без страховки, поэтому один из способов защитить артистов как раз заключается в том, чтобы все знали, к чему готовиться в следующую секунду. И, естественно, часы тренировок. Людям часто кажется, что поскольку артисты выполняют все так легко, то и сложности в номерах никакой нет. Да, в отличие от традиционного цирка, здесь нет саспенса, барабанной дроби и прочего. На самом деле все, что мы показываем, - рискованно, опасно и делается без страховки. В этом смысле мы - настоящий цирк. Просто можно нагнать жути, а можно сделать так, что трюк станет элементом общего действия.

- Сколько времени нужно, чтобы ввести в шоу нового артиста?

- Как правило, той или иной дисциплиной артисты начинают заниматься в очень молодом возрасте. Например, финальный номер "Русские качели" в значительной степени построен на акробатике. На то, чтобы ввести в него нового артиста, уходит около года. А есть дисциплины, которым невозможно научить. В Varekai раньше был номер "Икарийские игры" - это когда люди лежат на спине и ногами жонглируют своими партнерами. В нашем шоу были лучшие в мире представители этого жанра. Человек должен начать этим заниматься в пять лет, решить сразу, верхним он будет или нижним, и делать одно и то же всю жизнь. Двоих гимнастов, которые всю жизнь выступали в спортивной акробатике, пытались научить этой дисциплине, но ничего не вышло. А две лучшие семьи, которые выступали с номером в Varekai, решили, что достигли определенного возраста и завершают карьеру.

"Русские качели". Фото предоставлено Cirque du Soleil



- Артистам балета обычно сложно перестроиться на современный танец. Возникают ли проблемы у артистов традиционного цирка, которые приходят в "Цирк дю Солей"?

- Если говорить о "домашней труппе" - людях, которые участвуют в больших групповых номерах, - то сложность для них не в анонимности или бесшовности постановки, а в том, что они работают на одной сцене с профессиональными гимнастами, у которых принципиально другой уровень подготовки. Соответствовать уровню и справиться с этим психологически представляет для них большую проблему.

- "Цирк дю Солей" работает со спортивными организациями?

- У нас очень хорошие отношения со спортом. Отдел кастинга взаимодействует с федерациями гимнастики. Мы никогда не переманиваем к себе действующих спортсменов. Если человек продолжает выступать на соревнованиях, остается в сборной, тренер имеет на него какие-то виды, то хантинг происходит только через тренера и федерацию.

- Каковы ваши критерии при выборе артистов?

- Процесс довольно прост, но со своими особенностями. У нас есть армия людей, которые занимаются поиском потенциальных талантов по всему миру. Когда кто-то покидает шоу, я отправляю в службу кастинга запрос, где описываю навыки, которыми обладал артист, и указываю, чего я хочу. Надо сказать, что это всегда разные вещи. Мы берем очень много людей из спорта. Спортсмены - люди очень дисциплинированные и в своей среде не привыкли выражать чувства и эмоции, делиться ими. Они стремятся занять лидерские места на олимпиадах и чемпионатах мира. В Cirque du Soleil мы все переворачиваем с ног на голову. С одной стороны, нам нужен выдающийся спортсмен, с его техникой, навыками и талантом, а с другой стороны, - человек, который будет щедро делиться своими эмоциями и энергетикой. Поэтому я всегда смотрю, что человек может дать из каких-то своих актерских талантов, как он воспринимает окружающий мир, насколько он открыт. А это уже можно понять из стандартного упражнения, которое записывается на видео и отправляется в подразделение по кастингу. Это обычный стул, который нужно представить в неких предлагаемых обстоятельствах и обыграть то, что с ним происходит.

- Как человеку устроиться работать в "Цирк дю Солей"? Что нужно сделать, чтобы Майкл Смит узнал о его существовании?

- Я последний человек в этой цепи. Чтобы дойти до меня, он должен быть чертовски хорош (смеется). На самом деле есть универсальный путь попадания в Cirque du Soleil. На официальном сайте есть раздел "работа". Любой человек может создать в нем профиль, залить туда свое резюме и выложить демо-записи своих выступлений (если он хочет стать артистом и работать на сцене). Бывает, что ролик сырой, но с сильной идеей, которую мы можем потом превратить в отдельный номер. Многие номера именно так и появились в наших шоу. Мы ищем людей, которые не похожи на других, и даже людей со странной внешностью. Их, может, никто больше и не хочет брать на работу, не видит в них потенциал. Тем временем их идеи и возможности, их обаяние могут быть использованы в наших постановках. Это шоу-бизнес, немаловажную роль здесь играют удача и везение. Как говорится, важно оказаться в нужное время в нужном месте. Мое попадание в Cirque du Soleil - яркий тому пример.



- Вы устроились на работу через сайт?

- Да, я подал заявку онлайн. В то время у меня не было опыта работы в цирковой индустрии, и я ничего не знал об акробатике. В 1999-м я видел шоу Alegria, но мне и в голову не приходило, что Cirque du Soleil может стать моим местом работы. Случилось так, что я на какое-то время оказался без работы, и мне посоветовали отправить сюда резюме. Я сделал это в начале сентября, а в декабре меня пригласили артистическим директором шоу Dralion. На сайте была форма, которую нужно было заполнить. На это у меня ушло минут 45. Не то чтобы я писал эссе на тему, почему я хочу здесь работать, но в одном из многих пунктов внутри этой формы было что-то такое... Через месяц раздался звонок. Я еще подумал - Господи, кто это мне из Америки звонит. Это был эйчар из Монреаля. Интервью по телефону длилось около трех часов. Мы очень забавно разговаривали - вопросы мне задавали по-французски, а отвечал я на английском. Я живу в Париже и говорю-по-французски, но вопросы были настолько глубокими, интересными и сложными, что я отвечал на родном английском. Второе интервью было с людьми, которые занимаются постановочной частью. Поскольку я помнил, каким было первое интервью, то немного волновался. Потом меня пригласили приехать в Цюрих и пообщаться со старшим артистическим директором, который был там на гастролях Dralion. Мы планировали встретиться на час между двумя шоу. Вместо этого беседа продолжалась до конца второго представления, то есть часа четыре. "Ну что, - сказали мне по окончании встречи, - можете выйти на работу через три недели?" - "Ну… да", - ответил я.

- Где вы работали до "Цирка дю Солей"?

- В прошлом я актер мюзикла. Первая моя работа - год в "Эвите". Двадцать лет я работал в музыкальном театре, а потом занимался самыми разными постановками, в которые приглашали продюсеры. Было и "Лидо" в Париже, и театральное шоу в Страсбурге, и даже травести-шоу в Нью-Йорке. Последнее было полным безумием. В шоу были и профессиональные танцоры, и "королевы травести". Я терпеть не могу травести, поэтому, когда мы перевезли шоу в Амстердам (оно шло вне Бродвея), я всех их уволил к чертовой матери и набрал актеров, которые в театральном плане делали все более убедительно и смешно. Вообще, мне очень интересно для себя добиваться некоей целостности в шоу. Например, "Лидо" - не мой жанр. По большому счету, это девушки, которых набирают в постановку только потому, что они красивые, но ведь это не равно таланту. Я всегда пытался привнести в шоу, которыми занимался, элементы того, что мне кажется правильным и красивым, в моем понимании добиться целостности постановки. В "Лидо" я позвал Алекса Магнума, который работал с Мадонной, нанял человека, который занимался светом в шоу Тины Тернер и т.д. В результате работа в Кабаре Лидо в Париже принесла мне славу и известность.

- А в "Цирке дю Солей" вы давно?

- Десять лет. Я работал в самых разных должностях, был старшим артистическим директором, три года провел в штаб-квартире цирка в Монреале. Но если быть честным, я в большей степени люблю то, чем занимаюсь сейчас, - работу непосредственно с шоу и артистами в туре. Я отвечаю за то, что зритель видит на сцене, и должен делать все, чтобы каждое шоу в каждый конкретный день было идеальным. В Varekai работают люди из 19 стран, и я должен очень хорошо чувствовать и понимать, где я могу давить, а где, наоборот, должен отпустить человека, создать ему комфортные психологические условия. Очень многое держится на психологической поддержке, потому что артисты занимаются рискованным делом.

"Скользящая поверхность". Фото предоставлено Cirque du Soleil



- Насколько содержание шоу зависит от личности артистического директора?

- У артистических директоров очень часто танцевальное происхождение. Например, у директора, который работал в Varekai до меня, была классическая балетная подготовка Опера де пари. Соответственно, он смотрел на все глазами балетного танцовщика - насколько все совершенно, точно и аккуратно. И с артистами он общался примерно так же, как принято в балете. Я совсем другой, у меня театральный опыт. Через год-два-три я уйду, а на мое место придет человек с другим опытом. Все, что я прошу делать артистов, связано с их персонажем, его цельностью, намерениями. Я говорю об этом, а не о муштре. Мне вообще кажется, что очень полезно и правильно в первую очередь прислушиваться к собственной интуиции, к своему видению. Наверно, это то, что привлекло во мне Cirque du Soleil - готовность менять норму, готовность пробовать границы. Не потому, что у меня есть задача пощупать - где можно, а где нельзя, а потому, что мне это кажется правильным и органичным. Важно слушаться своей интуиции, ритма и не бояться, причем не только в работе, но и в жизни.

- Изменился ли "Цирк дю Солей" за 10 лет вашей работы в нем?

- Cirque du Soleil прекрасен, но вместе с тем мы живем в непростой обстановке. Мы представляем огромное количество стран и национальностей и все время находимся вместе. Среди этого многообразия культур ты все время учишься чему-то новому. Через год или два работы здесь ты становишься другим человеком. Вообще, мне кажется, что Cirque du Soleil не мог бы появиться нигде, кроме как в Квебеке. Это очень интересное сочетание сумасшедшей творческой энергии, вдохновленной французскими корнями, и англо-саксонской модели управления. Группа людей, которая стояла у его основания в 1984 году, мечтала изменить цирк, изобрести его заново. Даже одно из первых шоу называлось "Цирк, выдуманный заново" (Le Cirque Réinventé). Когда я начинал работать в Cirque du Soleil 10 лет назад, эти 12 человек, которые основали компанию, еще были ее частью. Мы сидели в соседних кабинетах, пересекались на различных встречах, вместе занимались творчеством. Cirque du Soleil был продолжением их личности. Из общения с Ги Лалиберте, Ги Кароном, Жилем Сент-Круа я понял, что шаблонов не существует. Несмотря на то что мы внезапно стали суперкорпорацией, ощущение семьи и дома до сих пор присутствует как в туре (что более или менее понятно), так и в штаб-квартире. Одна из особенностей компании заключается в том, что никто не прячется за должностями. Ты работаешь, в том числе ради уважения окружающих. Мой статус директора ничего не стоит, если я не делаю того, что от меня требуется.

- Остается ли у артистов время для личной жизни?

- В туре мы примерно 44 недели в году, зачастую далеко от семьи, друзей и близких. Это не столько работа, сколько образ жизни, так что с личной жизнью может быть непросто. Но мы много получаем взамен. В больших залах мы иногда выступаем перед 7 тысячами зрителей и у нас есть возможность эмоционально дотронуться до каждого из них. А как только ты касаешься эмоций другого человека, ты фактически что-то меняешь в его жизни. Varekai - очень радостное и светлое шоу. Наша задача - вытащить людей в своего рода путешествие сквозь эту Вселенную, так что воображение зрителей становится одним из участников постановки. Возможность изменить что-то в жизни людей, которые смотрят шоу, зацепить их эмоционально - это колоссальная привилегия, которая мало кому доступна.

Последние комментарии

Валентина Казакова 03 августа 2015 14:11 Музейный комплекс "Наследие" в Тольятти планируется передать краеведческому музею

Тема, поднятая в публикации Вадима Карасёва, касается, на самом деле, судьбы многих инновационных проектов в нашей стране, которые хоронятся под разговоры об их важности и патриотичности. Городской музейный комплекс «Наследие» (экомузей), как новая форма наследования, представляет в этом смысле типичную модель: вначале поддержка власти, общественное и профессиональное признание, работающий «макет», а затем—тупик вследствие интеллектуальной незрелости, неподготовленности мозгов, «жлобства» (по выражению председателя правительства РФ Д.Б. Медведева) административно-командного уровня». Этого с "Наследием" бы не было, если бы Программы развития культуры писались у нас не для того, чтобы их просто показывать, а чтобы претворять в жизнь. О завершении строительства Городского музейного комплекса на ул. Советской за счёт средств муниципального бюджета к 2016 году власти г. Тольятти бодро докладывали Губернатору ещё в 2011 году. Так, согласно Приложения 3.4 к Решению Думы г.о. Тольятти за 2009 г. «Мероприятия по развитию объектов капитального строительства местного значения в сфере культуры» (таблица 4, п 11): «Реконструкция и строительство Городского музейного комплекса «Наследие» (экомузей): 2011 год—завершение ремонтно-реставрационных работ по Дому Стариковых (ул. Советская, 39), 2012 – 2016 гг. – строительство дополнительных объектов комплекса и капитальный ремонт дома – музея (ул. Советская, 38)». Даже специальная брошюра была издана о новых объектах соцкультбыта в Тольятти. Все деньги в сметной документации были считаны-пересчитаны, все распределены строго по кодам и расходным статьям. Однако в том же, 2011 году, мэрия закрыла целевую программу «Развитие культуры Тольятти. 2011-2016 гг.», заменив её программой «Культура Тольятти. 2011-2018 гг», в которой строительство ГМК «Наследие» уже было отодвинуто на срок до 2018 года. Даже в Год культуры в отраслевой муниципальной программе "Культура Тольятти" средства, заложенные на благоустройство и строительство экспозиции, были секвестированы, так как "завершение ремонтно-реставрационных работ в доме Стариковых не входит в список первоочередных работ мэрии".

Таука Петровна 16 июня 2015 16:58 В Тольятти проходит конкурс на лучшее стихотворение о городе

А куда заявки отправлять?

Фото на сайте

Все фотогалереи

Новости раздела

Все новости
Архив
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
25 26 27 28 29 30 1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31 1 2 3 4 5